Оружие, ресурсы и союзники: ключевые военные вызовы Украины в 2025 году

Украина входит в 2025 год с рядом критических вызовов в войне против России. Финансовая поддержка международных партнеров, поставка оружия, реформы мобилизационных процессов и поиск дипломатических решений — это лишь часть вопросов, требующих незамедлительного внимания.

Как союзники планируют преодолевать эти вызовы, вместе с экспертами узнавала Светлана Гудкова.

Финансовые вызовы

Без международной финансовой поддержки Украина не смогла бы эффективно противостоять российской агрессии и защищать свои территории. Важнейшую роль в этом играет американская помощь. Однако с приходом новой администрации в Белом доме вопрос утверждения очередного пакета помощи был отложен.

В 2024 году Украина почти шесть месяцев оставалась без финансовой поддержки США. Это значительно ослабило обеспечение армии техникой и боеприпасами. В конце концов это привело к потере Авдеевки и созданию российскими войсками плацдарма для наступления на Покровском направлении. В 2025 году ситуация снова становится критической. Военный эксперт Павел Лакийчук акцентирует внимание на отличиях обстоятельств.

«В конце своей каденции Байден постарался передать Киеву всю помощь, проголосованную в 2024 году. И действительно, получили немало пакетов помощи в последнее время. Вместе с финансированием от европейских партнеров этого хватит на полгода», — считает он.

Решение о новом годовом пакете помощи от США ожидается не раньше апреля 2025 года.

«После инаугурации Трампа до весны будут продолжаться дискуссии о возможных переговорах с Россией. Поэтому вопрос финансовой поддержки будет оставаться на паузе, — говорит военный эксперт. — Ближе к марту станет понятно, как будут развиваться отношения между Украиной и новой администрацией США. На тот момент Трамп или откажет в дальнейшем поддержке, или ее продолжит. Но голосование состоится не раньше апреля».

В то же время, по словам Лакийчука, Украина не испытывает острого дефицита ресурсов. Правительство продолжает активно привлекать помощь из других источников для формирования резервов, в первую очередь из ЕС. Но полное отсутствие американской поддержки может поставить страну в затруднительное положение.

«Даже если ЕС и другие партнеры продолжат помогать, это покроет только половину потребностей. Если бы Украина еще два года назад начала переводить собственную промышленность на военные рельсы, а не опираться на внешнюю помощь, сегодня таких проблем не возникло бы. Но сейчас у нас есть то, что есть», — подытожил Лакийчук.

Дипломатические вызовы для Украины

Военный эксперт Дмитрий Жмайло отмечает, что дипломатические вызовы, с которыми сталкивается Украина, имеют решающее значение для будущего страны.

«Наши главные дипломатические усилия сегодня сосредоточены на вопросе членства в НАТО. Это первый пункт плана победы, который представил президент Владимир Зеленский. Мы уже достигли определенного прогресса, согласовав позицию с партнерами о необратимости пути [курс на ЭС и НАТО], однако требуется конкретный политический сигнал», — отмечает эксперт.

По его словам, даже без конкретных дат или деталей получение приглашения в НАТО станет важным маркером для международного сообщества.

«Украина должна стать зоной влияния евроатлантического мира. Мы до сих пор сталкиваемся с риторикой разделения сфер влияния, где Украину считают частью российской зоны. Это нужно менять, и членство в НАТО критически важно для евроатлантического будущего. За наш евроатлантический выбор мы боремся еще со времен Революции Достоинства. Я не знаю, какая страна еще заплатила столь высокую цену за свое право быть частью западного мира», — подчеркивает Жмайло.

В то же время отрицательная риторика некоторых западных лидеров, в частности президента США Дональда Трампа относительно перспектив Украины в НАТО создает дополнительные вызовы.

«Если Украину будут заставлять уступить перспективы членства в Альянсе, это должно быть компенсировано официальными гарантиями безопасности. И гарантия здесь только одна — деньги и оружие, — убежден военный эксперт. — Если нынешняя политическая система в России сохраняется, война становится неизбежной. Но мы готовы к гибкости. Если не НАТО, то это должно быть оружие или статус основного союзника вне НАТО — подобный тому, что Соединенные Штаты имеют в отношениях с Японией, Тайванем, Южной Кореей».

Усиление ВСУ вооружением в 2025 году

Тема вооружения приоритетна на встречах с западными партнерами. Последний «Рамштайн» завершился договоренностями, в частности и в усилении обороны украинского неба системами ПВО. Также пообещали поставить дроны, технику и боеприпасы, а комплектующие и ракеты для истребителей F-16.

Но в то же время есть необходимость в активном наращивании собственных оборонных мощностей как на внутреннем, так и на международном уровнях.

«Укроборонпром имеет производственные линии как в Украине, так и за рубежом. Сейчас создаются совместные предприятия, критически важно привлекать западный капитал. Ведь если в Украине будут работать западные инвестиции, это станет дополнительным стимулом для партнеров лоббировать поддержку — защищая свои деньги и производства», — объясняет Жмайло.

Эксперт отмечает, что осенью 2024 года Украина добилась важных успехов в сфере финансирования своего военно-промышленного комплекса.

«Подписан ряд сделок. Особенно важно внедрение датской модели, когда страна, которая не может поддержать оружием, инвестирует в производство. Движение в этом направлении остается потребностью выживания, независимо от того, прекратятся ли боевые действия. ВПК Украины должен быть готов к любому сценарию», — подчеркивает эксперт.

Также есть большая потребность в минах. Украина имеет свои разработки и возрождает советские технологии, вроде мин МОН-50 и МОН-100. ВСУ также научились минировать территории с крупных октокоптеров. И в ноябре США сняли запрет на поставки Украине противопехотных мин и предоставляют системы дистанционного минирования.

«Зачем нам это? Не секрет, что больше всего люди боятся служить в пехоте. Мы должны снижать давление оккупантов на наших пехотинцев. Как это работает на практике, например, в Курской области: треть вражеских сил подрывается на минах, еще треть уничтожается огнем артиллерии, работой FPV-дронов и системами РЭБ. Только последняя треть доходит до пехотных позиций, где ее обезвреживают уже бойцы. Это существенно снижает нагрузку на пехоту», — объясняет Жмайло.

Он отмечает, что такая система должна действовать по всей линии фронта: системное минирование и слаженная работа артиллерии, дронов и РЭБ должны стать основой обороны Украины.

Мобилизация и усиление роли рекрутинга

Мобилизация остается одним из острейших вызовов для Украины. Отрицательный информационный фон — от скандалов вокруг незаконной мобилизации до коррупции в территориальных центрах комплектации (ТЦК) и проблем с обеспечением на фронте — создает в обществе впечатление масштабного кризиса. И ею пользуется российская пропаганда.

Однако, по словам Дмитрия Жмайло, ответом может быть развитие добровольной мобилизации через рекрутинговые центры.

«Невозможно полностью обойтись без мобилизации, но главное задание — чтобы процент добровольцев увеличивался, а принудительная мобилизация уменьшалась. Для этого нужно услышать страхи военнообязанных и работать с ними», — говорит он.

Военный эксперт отмечает, что многие боятся не самой службы, а непрозрачности процессов мобилизации.

«Ключевое для людей — это попасть к профессиональным командирам, которые будут заботиться об их жизни и здоровье. Они хотят служить на должностях по специальности, а не там, куда их автоматически направит распределительный центр», — объясняет он.

Сегодня в Украине работают около 50 рекрутинговых центров, которые предлагают совсем другой подход к набору: «Каждый может прийти в рекрутинговый центр, узнать о командирах, задачах, условиях службы, и что главное — выбрать конкретную должность в бригаде. Бригады, в свою очередь, стремятся создавать замкнутый цикл: от набора и обучения до службы непосредственно на базе бригады. Это дает людям уверенность, что они окажутся в нормальном коллективе, а не в случайных условиях», — отмечает Жмайло.

Эксперт также подчеркивает, что даже те, кто получил повестку, могут обратиться в рекрутинговый центр, подписать контракт или мобилизоваться в выбранную бригаду.

«Страх неизвестности — это главное, что нужно преодолеть. А уже после этого должна развиваться система справедливых выплат, надлежащего обеспечения и реабилитации военных. Например, Минобороны работает над Пакетом раненого, чтобы эвакуированный имел все необходимое: одежду, медикаменты, средства гигиены», — отмечает военный эксперт.

Многие военнообязанные до сих пор недостаточно знакомы с возможностями, которые предлагают рекрутинговые центры. В таких центрах каждый может получить необходимую информацию, консультацию и ознакомиться с доступными вакансиями. Связаться с рекрутинговыми центрами можно через официальные ресурсы, такие как Центр рекрутинга украинской армии или Центр рекрутинга сил ТрО.

Отдельные бригады, в том числе 72-я отдельная механизированная бригада или Третья отдельная штурмовая бригада, также имеют собственные платформы, где можно узнать больше о доступных возможностях. Украина входит в 2025 год с рядом критических вызовов в войне против России. Финансовая поддержка международных партнеров, поставка оружия, реформы мобилизационных процессов и поиск дипломатических решений — это лишь часть вопросов, требующих незамедлительного внимания. Как союзники планируют преодолевать эти вызовы, вместе с экспертами узнавала Светлана Гудкова. Финансовые вызовы Без международной финансовой поддержки Украина не смогла бы эффективно противостоять российской агрессии и защищать свои территории. Важнейшую роль в этом играет американская помощь. Однако с приходом новой администрации в Белом доме вопрос утверждения очередного пакета помощи был отложен. В 2024 году Украина почти шесть месяцев оставалась без финансовой поддержки США. Это значительно ослабило обеспечение армии техникой и боеприпасами. В конце концов это привело к потере Авдеевки и созданию российскими войсками плацдарма для наступления на Покровском направлении. В 2025 году ситуация снова становится критической. Военный эксперт Павел Лакийчук акцентирует внимание на отличиях обстоятельств. «В конце своей каденции Байден постарался передать Киеву всю помощь, проголосованную в 2024 году. И действительно, получили немало пакетов помощи в последнее время. Вместе с финансированием от европейских партнеров этого хватит на полгода», — считает он. Решение о новом годовом пакете помощи от США ожидается не раньше апреля 2025 года. «После инаугурации Трампа до весны будут продолжаться дискуссии о возможных переговорах с Россией. Поэтому вопрос финансовой поддержки будет оставаться на паузе, — говорит военный эксперт. — Ближе к марту станет понятно, как будут развиваться отношения между Украиной и новой администрацией США. На тот момент Трамп или откажет в дальнейшем поддержке, или ее продолжит. Но голосование состоится не раньше апреля». В то же время, по словам Лакийчука, Украина не испытывает острого дефицита ресурсов. Правительство продолжает активно привлекать помощь из других источников для формирования резервов, в первую очередь из ЕС. Но полное отсутствие американской поддержки может поставить страну в затруднительное положение. «Даже если ЕС и другие партнеры продолжат помогать, это покроет только половину потребностей. Если бы Украина еще два года назад начала переводить собственную промышленность на военные рельсы, а не опираться на внешнюю помощь, сегодня таких проблем не возникло бы. Но сейчас у нас есть то, что есть», — подытожил Лакийчук. Дипломатические вызовы для Украины Военный эксперт Дмитрий Жмайло отмечает, что дипломатические вызовы, с которыми сталкивается Украина, имеют решающее значение для будущего страны. «Наши главные дипломатические усилия сегодня сосредоточены на вопросе членства в НАТО. Это первый пункт плана победы, который представил президент Владимир Зеленский. Мы уже достигли определенного прогресса, согласовав позицию с партнерами о необратимости пути [курс на ЭС и НАТО], однако требуется конкретный политический сигнал», — отмечает эксперт. По его словам, даже без конкретных дат или деталей получение приглашения в НАТО станет важным маркером для международного сообщества. «Украина должна стать зоной влияния евроатлантического мира. Мы до сих пор сталкиваемся с риторикой разделения сфер влияния, где Украину считают частью российской зоны. Это нужно менять, и членство в НАТО критически важно для евроатлантического будущего. За наш евроатлантический выбор мы боремся еще со времен Революции Достоинства. Я не знаю, какая страна еще заплатила столь высокую цену за свое право быть частью западного мира», — подчеркивает Жмайло. В то же время отрицательная риторика некоторых западных лидеров, в частности президента США Дональда Трампа относительно перспектив Украины в НАТО создает дополнительные вызовы. «Если Украину будут заставлять уступить перспективы членства в Альянсе, это должно быть компенсировано официальными гарантиями безопасности. И гарантия здесь только одна — деньги и оружие, — убежден военный эксперт. — Если нынешняя политическая система в России сохраняется, война становится неизбежной. Но мы готовы к гибкости. Если не НАТО, то это должно быть оружие или статус основного союзника вне НАТО — подобный тому, что Соединенные Штаты имеют в отношениях с Японией, Тайванем, Южной Кореей». Усиление ВСУ вооружением в 2025 году Тема вооружения приоритетна на встречах с западными партнерами. Последний «Рамштайн» завершился договоренностями, в частности и в усилении обороны украинского неба системами ПВО. Также пообещали поставить дроны, технику и боеприпасы, а комплектующие и ракеты для истребителей F-16. Но в то же время есть необходимость в активном наращивании собственных оборонных мощностей как на внутреннем, так и на международном уровнях. «Укроборонпром имеет производственные линии как в Украине, так и за рубежом. Сейчас создаются совместные предприятия, критически важно привлекать западный капитал. Ведь если в Украине будут работать западные инвестиции, это станет дополнительным стимулом для партнеров лоббировать поддержку — защищая свои деньги и производства», — объясняет Жмайло. Эксперт отмечает, что осенью 2024 года Украина добилась важных успехов в сфере финансирования своего военно-промышленного комплекса. «Подписан ряд сделок. Особенно важно внедрение датской модели, когда страна, которая не может поддержать оружием, инвестирует в производство. Движение в этом направлении остается потребностью выживания, независимо от того, прекратятся ли боевые действия. ВПК Украины должен быть готов к любому сценарию», — подчеркивает эксперт. Также есть большая потребность в минах. Украина имеет свои разработки и возрождает советские технологии, вроде мин МОН-50 и МОН-100. ВСУ также научились минировать территории с крупных октокоптеров. И в ноябре США сняли запрет на поставки Украине противопехотных мин и предоставляют системы дистанционного минирования. «Зачем нам это? Не секрет, что больше всего люди боятся служить в пехоте. Мы должны снижать давление оккупантов на наших пехотинцев. Как это работает на практике, например, в Курской области: треть вражеских сил подрывается на минах, еще треть уничтожается огнем артиллерии, работой FPV-дронов и системами РЭБ. Только последняя треть доходит до пехотных позиций, где ее обезвреживают уже бойцы. Это существенно снижает нагрузку на пехоту», — объясняет Жмайло. Он отмечает, что такая система должна действовать по всей линии фронта: системное минирование и слаженная работа артиллерии, дронов и РЭБ должны стать основой обороны Украины. Мобилизация и усиление роли рекрутинга Мобилизация остается одним из острейших вызовов для Украины. Отрицательный информационный фон — от скандалов вокруг незаконной мобилизации до коррупции в территориальных центрах комплектации (ТЦК) и проблем с обеспечением на фронте — создает в обществе впечатление масштабного кризиса. И ею пользуется российская пропаганда. Однако, по словам Дмитрия Жмайло, ответом может быть развитие добровольной мобилизации через рекрутинговые центры. «Невозможно полностью обойтись без мобилизации, но главное задание — чтобы процент добровольцев увеличивался, а принудительная мобилизация уменьшалась. Для этого нужно услышать страхи военнообязанных и работать с ними», — говорит он. Военный эксперт отмечает, что многие боятся не самой службы, а непрозрачности процессов мобилизации. «Ключевое для людей — это попасть к профессиональным командирам, которые будут заботиться об их жизни и здоровье. Они хотят служить на должностях по специальности, а не там, куда их автоматически направит распределительный центр», — объясняет он. Сегодня в Украине работают около 50 рекрутинговых центров, которые предлагают совсем другой подход к набору: «Каждый может прийти в рекрутинговый центр, узнать о командирах, задачах, условиях службы, и что главное — выбрать конкретную должность в бригаде. Бригады, в свою очередь, стремятся создавать замкнутый цикл: от набора и обучения до службы непосредственно на базе бригады. Это дает людям уверенность, что они окажутся в нормальном коллективе, а не в случайных условиях», — отмечает Жмайло. Эксперт также подчеркивает, что даже те, кто получил повестку, могут обратиться в рекрутинговый центр, подписать контракт или мобилизоваться в выбранную бригаду. «Страх неизвестности — это главное, что нужно преодолеть. А уже после этого должна развиваться система справедливых выплат, надлежащего обеспечения и реабилитации военных. Например, Минобороны работает над Пакетом раненого, чтобы эвакуированный имел все необходимое: одежду, медикаменты, средства гигиены», — отмечает военный эксперт. Многие военнообязанные до сих пор недостаточно знакомы с возможностями, которые предлагают рекрутинговые центры. В таких центрах каждый может получить необходимую информацию, консультацию и ознакомиться с доступными вакансиями. Связаться с рекрутинговыми центрами можно через официальные ресурсы, такие как Центр рекрутинга украинской армии или Центр рекрутинга сил ТрО. Отдельные бригады, в том числе 72-я отдельная механизированная бригада или Третья отдельная штурмовая бригада, также имеют собственные платформы, где можно узнать больше о доступных возможностях.