«Отжатая» в оккупации промышленность как трофей войны: Что происходит с предприятиями востока и юга Украины

Сотни крупных и малых предприятий, оказавшихся на оккупированных территориях востока и юга Украины, были уничтожены, украдены или присвоены россиянами. Особенно пострадал бизнес Донбасса, где РФ ведет войну на уничтожение, стирая с лица земли целые города вместе со всем, что там жило, работало, двигалось.

Промышленный потенциал региона, который россияне обещали от кого-то «защитить», они уничтожают ежедневно. Мы готовы рассказать об этом на примерах конкретных предприятий, которые когда-то были успешными, а сейчас — утрачены для их владельцев в исследовании редакций «Новости Донбасса», РИА «Південь», 0642.ua и 0629.com.ua.

«Над ДМЗ видно дым»

На Донбассе многие промышленные предприятия оказались в оккупации еще в 2014 году. Это заводы в Донецке, Ясиноватой, Макеевке, Енакиево, Луганске, Алчевске. Часть из них фактически уничтожена. Среди таких, например, Донецкий металлургический завод. Несколько лет назад источники в РФ писали, что имущество «ДМЗ» передают олигарху Константину Малофееву. Посредником в этом процессе была российская компания «Технологические инвестиции». Малофеев направил управлять заводом своих менеджеров, но на предприятии дела стали только хуже.

"Верхушка" "ДНР" и российский министр на "ДМЗ". Скрин из сюжета пропагандистов

«Весь завод написал заявление на увольнение из ООО "ДМЗ" с 31.03.2024 и на прием в филиал №1 “Донецксталь” — ООО “Технологические инвестиции” с 01.04.2024. Расчетные до сих пор не выплачены! Заводская профсоюзная организация не действует!» — так описывали ситуацию работники завода в апреле 2024 года.

Через несколько месяцев в чатах появилась информация, что на «ДМЗ» действительно пришел новый инвестор, но производство так и не запустили. Прошло более двух лет, а цеха простаивают. В это время российские руководители информируют о возрождении «ДМЗ». Директор предприятия Андрей Великий, который приехал в Донецк из Магнитогорска, летом этого года заявлял, что «завод сделал большой шаг вперед, а в планах — увеличение объемов производства». В ответ на это люди писали, что кроме сталепрокатного цеха на ДМЗ ничего не работает, а зарплаты мизерные. В ноябре в соцсетях появилось фото с подписью «над ДМЗ видно дым», что означало: предприятие работает. В комментариях дончане подтвердили, что завод функционирует, но мощности далеки от тех, о которых рассказывают новые руководители.

Донецкий металлургический завод (ДМЗ) в 2025 году. Скрин из видео пропагандистов

К тому же для производства стали требуется много воды. Только одна тонна нуждается примерно в 200 кубометрах. 43 тысячи тонн, о которых говорил Андрей Великий как ориентировочные, — это до 10 миллионов тонн воды. Где их брать в городе, в котором ситуация с водой критическая, неясно. Поэтому слова российских руководителей о восстановлении доменного производства в 2026–2027 годах — это лишь слова. Без достаточного количества воды такой промышленный гигант работать не сможет.

Донецкий металлургический завод (ДМЗ) в 2025 году. Скрин из видео пропагандистов

Какие заводы работают в Енакиево и Алчевске

Кроме ДМЗ, Константину Малофееву передали активы Енакиевского коксохима и Докучаевского флюсо-доломитного комбината. Об этом писал телеграм-канал ВЧК-ОГПУ, который связывают с российскими силовиками. Но никакой информации об их работе или развитии нет.

Тем временем в Енакиево работает металлургический завод. Он тоже передан российскому инвестору — компании «Южный горно-металлургический комплекс», которая якобы развивает предприятие. В июле 2024 года доменную печь здесь открывал Владимир Путин. Разумеется, онлайн. Визиты на оккупированные территории, кроме одного «заезда» в Мариуполь, не в его стиле. Кроме Енакиевского металлургического, этой компании передали и другие предприятия: Макеевский металлургический завод, Макеевкокс, Ясиновский коксохим, Комсомольское рудоуправление, Алчевский меткомбинат и Стахановский ферросплавный завод. «ЮГМК» подконтролен «Союзметалсервису» из Москвы — эта компания якобы занимается сбытом украинского металла.

«ЮГМК» активно ведет соцсети. За последний месяц там публиковали записи о каждом из этих предприятий, формируя мнение, что все они активно работают и зарплаты выплачиваются. Но не все здесь правда. Вакансии на заводах постоянно открыты, особенно часто работников ищут в Енакиево и Алчевске. Это означает, что рабочие там не задерживаются. В отзывах люди оценивают уровень зарплаты как крайне низкий и критикуют условия труда. Они пишут, что руководство не думает о подчиненных, перспектив карьерного роста на заводах нет.

О том что дела на «отжатых» предприятиях идут не так хорошо, как пытаются показать оккупанты, свидетельствует такой факт: летом компания «Южный горно-металлургический комплекс» заявила, что нуждается в антикризисной поддержке отрасли на захваченном Донбассе. Это было связано со снижением внутреннего спроса на металл. Но в Министерстве промышленности и торговли РФ ответили, что предприятия «ЛДНР» уже имеют поддержку — налоговые льготы, скидки на перевозки. Да и своего металла в России достаточно. (Обратите внимание на слова «своего металла» — то есть россияне не воспринимают как «свой» украденный у Украины металл).

Если в части Донбасса, оккупированной в 2014 году, промышленные предприятия хоть как-то работают, то в городах, захваченных после 24 февраля 2022 года, все намного хуже. Например, «Азот» в Северодонецке частично был разрушен во время боев. Группировка «ЛНР» неоднократно обещала восстановить завод, но никаких сдвигов в этом вопросе нет. Что касается таких предприятий, как Авдеевский коксохим или заводы в Мариуполе, то их российские солдаты фактически стерли.

Предприятия Мариуполя

Мариуполь, который российские оккупанты показывают как «символ восстановления», на самом деле стал полигоном экономики оккупации. Под лозунгом «восстановления» в городе действует система, которая приносит прибыль не мариупольцам, а российским корпорациям, силовым структурам и фирмам, связанным с Кремлем.

Строительство, торговля, банки, металл и земля — стали элементами большой схемы контроля, где «восстановление» означает лишь новую форму грабежа.

«Россия создает модель инвестиций в ограбление: строительство, логистика, банки, металл — все это части одной системы контроля», — говорится в исследовательской работе SOC ACE (Программа по борьбе с серьезной организованной преступностью и коррупцией) под названием «Разграбление Мариуполя: использование Россией незаконных финансов и экономических преступлений в Украине». По данным SOC ACE, более 1200 частных российских компаний уже интегрированы в экономику Мариуполя.

«Более 180 российских компаний потенциально причастны к захвату бизнеса без согласия законных владельцев, что может привести к обвинениям в мошенничестве, краже или разграблении», — констатируют расследователи.

Но самой ценной добычей оккупантов остается металл. По данным SOC ACE, главным ресурсом оккупационной экономики стал металлолом. Из портов Мариуполя регулярно вывозят остатки разрушенных конструкций, демонтированных заводских цехов, собранный «металл войны».

В 2024 году зафиксировано как минимум 88 вагонов украденного угля и десятки эшелонов металла, отправлявшихся через порт.

Глава группировки «ДНР» Денис Пушилин в порту Мариуполя / Фото пропагандистского ресурса ДАН

Часть грузов идет на переработку в Ростов-на-Дону, другая — транзитом в Краснодар и Таганрог.

«Это — бизнес войны: никаких налогов, никаких правил, только поток прибыли через государственные компании и фирмы-прокладки», — отмечают аналитики SOC ACE.

По оценкам международных экспертов, ежегодно оккупационная власть «осваивает» сотни миллионов рублей на металлоломе, который происходит из руин города.

Заводы «Азовсталь» и ММК им. Ильича остаются руинами.

Их металлические конструкции разрезали на лом и отправили в РФ.

«Мариупольские стальные гиганты стали трофеем войны», — пишет Wall Street Journal.

По данным ряда международных расследований, контроль над металлоломом с мариупольских заводов получили структуры, связанные с главой Чечни Рамзаном Кадыровым. В частности, действовали «Akhmat-группы», которые вывозили металлолом и оборудование с ММК им. Ильича и «Азовстали» в РФ и перепродавали его.

Именно кадыровцы осуществляют охрану предприятий и контролируют разграбление того, что еще можно выгодно продать.

Концерн «Азовмаш» превратили в полигон строительного мусора.

До полномасштабного вторжения контрольный пакет акций ПАО «Азовмаш» принадлежал кипрской компании Azovmashinvest Holding, бенефициаром которой указывалась Светлана Савчук, жена бывшего президента концерна Александра Савчука.

Доля самого ПАО «Азовмаш» (в котором 50% + 1 акция принадлежали государству Украина) также входила в структуру собственности концерна.

После захвата Мариуполя в 2022 году оккупационная администрация объявила интеграцию производственных площадок в российскую ГК «Алмаз», но, как выяснилось, с интеграцией ничего не вышло. Вместо этого люди, связанные с Денисом Пушилиным, вывезли остатки оборудования предприятия в неизвестном направлении.

В 2024 году оккупанты планировали передать «Азовмаш» и «Азовэлектросталь» госкорпорации «Ростех». В прошлом году даже планировалось запустить производство стали на «Азовэлектростали». Но и эти планы пришлось отложить, потому что в «Ростехе» увидели: предприятие, которое меньше всего пострадало от обстрелов, полностью разграблено российскими пособниками.

Луганщина. Угольные шахты: убытки, упадок и угроза закрытия

В декабре 2024 года группировка «ЛНР» заявила, что реформа угольной промышленности на захваченной части Луганщины завершена. В результате 11 шахт и 13 вспомогательных предприятий передали инвестору — это основанная в 2021 году компания «Торговый дом “Донские угли”». Фактически эта компания принадлежит украинскому предателю, бывшему нардепу Виктору Медведчуку. Одним из основателей компании был указан близкий друг Медведчука Александр Маслюк.

Но не прошло и года, как в оккупированной Луганской области угольная отрасль оказалась на грани полного коллапса. Сейчас на шахтах задерживают выплату зарплат, обещанная россиянами модернизация так и не началась, а под угрозой закрытия оказались предприятия в Суходольске и Отамановке, в частности шахты имени Баракова, «Самсоновская-Западная» и «Молодогвардейская».

Так крупнейший инвестор ООО «Торговый дом “Донские угли”» предупредил правительство РФ: без выделения как минимум 40 млрд рублей из Фонда национального благосостояния шахты могут быть закрыты.

По информации источников, компания работает в убыток и не имеет средств для добычи угля на сложных, глубоких пластах. Инвестор обращался к правительству РФ с просьбой предоставить льготный кредит под 3% годовых или включить предприятия в программу казначейских инфраструктурных кредитов. Однако окончательного решения в Москве так и не приняли. В качестве альтернативы российские чиновники предложили завозить уголь из Кузбасса, что фактически означает отказ от сохранения угледобычи на Луганщине.

Оккупационная «власть ЛНР» при этом не хочет брать на себя ответственность за ликвидацию шахт, ставших нерентабельными. Инвесторы пытаются вернуть как минимум 9 из 11 шахт, переданных им в аренду в 2024 году. Расходы на консервацию или ликвидацию объектов могут достигать 2–3 млрд рублей в год, и стороны перекладывают эту ответственность друг на друга.

Важный момент — фактически все захваченные шахты являются градообразующими предприятиями. И их закрытие будет означать полную деградацию и упадок шахтерских городов Луганщины.

Алчевск. Скрин из фильма пропагандистов

«Лугансктепловоз»

«Лугансктепловоз», основанный в 1870 году, был известен далеко за пределами Украины. До 2014 года предприятие производило тепловозы, электропоезда и дизель-поезда, сотрудничало с компаниями из Европы и Азии. В 2013 году компания произвела 138 тепловозов, а также ремонтировала и модернизировала большое количество железнодорожной техники.

После оккупации Луганска завод фактически прекратил полноценную работу. Уже в 2015 году, по данным так называемого «МВД ЛНР», на территории предприятия происходил демонтаж и вывоз оборудования по поддельным документам. Из цехов исчезали станки, металлоконструкции, баллоны и другое имущество.

В то же время оккупационная администрация пытается создать иллюзию «возрождения» завода. На его базе были созданы несколько новых предприятий — «Лугамаш», «Лугасталь» и «Лугцентрокуз», которые интегрировали в производственные цепочки российского «Трансмашхолдинга». Часть продукции действительно используется на российских заводах, но это происходит в условиях жесткого кадрового дефицита.

Начальник Луганской ОВА Артем Лысогор сообщал, что из-за мобилизации взрослых работников на заводе работают подростки в возрасте от 14 до 18 лет, некоторые из которых даже не имеют полного среднего образования.

«Лугансктепловоз»

Луганский патронный завод

Луганский патронный завод — стратегический объект, основанный еще в 1895 году. В разные периоды он был основным поставщиком боеприпасов для армии, а после обретения Украиной независимости часть его мощностей использовалась даже для чеканки украинских монет.

Завод был захвачен российскими боевиками 1 июня 2014 года. Уже осенью того же года оккупационная «власть ЛНР» объявила его «национализированным». Несмотря на авиаудар ВСУ в июле 2014 года, боевики заявили о восстановлении производства и впоследствии начали использовать предприятие для выпуска боеприпасов.

В отчете Amnesty International за 2016 год Луганский патронный завод упоминался не только как производственная база боевиков, но и как место незаконного удержания людей, похищенных и обвиненных в «сотрудничестве с Украиной».

По сообщениям оккупационных ресурсов, на заводе наладили полный цикл производства, а так называемым «вооруженным формированиям ЛНР» передали более 10 млн патронов. Эти боеприпасы использовались непосредственно против украинских военных.

Луганский патронный завод

Алчевский металлургический комбинат

Алчевский металлургический комбинат — одно из старейших предприятий Луганской области. Был открыт еще в 1896 году банкиром и промышленником Алексеем Алчевским.

Предприятие было акционировано в 1994 году, приватизировано в 1995 году. Изначально комбинатом совместно управляли корпорации «Интерпайп» и «Индустриальный союз Донбасса». С 2002 года АМК перешел в полное управление ИСД. Завод был полностью модернизирован.

В 2013 году комбинат увеличил производство металлопроката на 9,3% по сравнению с 2012 годом — до 3,8 млн тонн, выплавку стали — на 7,8%, до 4,2 млн тонн, чугуна — на 7,7%, до 3,8 млн тонн. На предприятии работало более 18,3 тысячи работников.

После оккупации в 2014 году завод остановил деятельность. В 2017 году ИСД заявил, что теряет контроль над заводом в Алчевске.

Однако в 2020 году на предприятии восстановили выплавку стали. Правда, производство — максимум 500 тонн в сутки вместо 6000 в довоенный период. Новым «владельцем» предприятия стала фирма украинского олигарха-беглеца времен Януковича Сергея Курченко «Внешторгсервис».

В 2020 году на Алчевском металлургическом комбинате из-за задолженности по заработной плате работники двух цехов объявили забастовку. 13 февраля полностью прекратили работу железнодорожный и доменный цехи. А жены сотрудников АМК написали письмо главе «ЛНР» Леониду Пасечнику, где угрожали совершить «пеший поход» на Луганск.

В апреле 2021 года на Алчевском меткомбинате из-за огромных долгов возникла новая забастовка работников. В мае 2021 года там обрушилась крыша в железнодорожном цехе.

На Алчевском меткомбинате в мае 2021 года обрушилась крыша в железнодорожном цехе

В июле 2025 года, по сообщениям местных жителей, на предприятии либо сломались, либо были сознательно отключены очистные сооружения, что привело к массовым выбросам токсичных веществ в атмосферу.

В декабре 2025 года Силы обороны Украины нанесли удар по Алчевскому металлургическому комбинату. Удар был осуществлен с целью снижения наступательных возможностей противника. На предприятии изготавливались комплектующие для снарядов по заказу российского Минобороны.

Предприятия Мелитополя

Отжатые в рамках «национализации» заводы и предприятия уже давно перерегистрированы по российскому законодательству, работают в оккупационном налоговом поле, пополняя казну оккупантов и обеспечивая их армию. А некоторые из них оккупационная власть демонстрирует как примеры того, как бывший украинский бизнес якобы успешно интегрировался в российское пространство.

Но на самом деле все далеко не так радужно. Мародерство, мизерные зарплаты, которые нерегулярно выплачивают, кадровый голод — вот реалии большого бизнеса в оккупированном городе.

ООО «Гидромаш-М»

Предприятие было создано еще в середине прошлого века и являлось одним из главных работодателей Мелитополя, а также одним из важнейших промышленных центров Запорожской области. «Гидромаш» был единственным государственным предприятием в Мелитополе на момент начала полномасштабного вторжения.

После захвата завод превратился в российскую военную базу.

В 2022 году в здании бывшей столовой «Гидромаша» начались ремонтные работы. Там, где были выбиты стекла, проемы затянули пленкой и фанерой. Непосредственно в столовой оккупанты обустраивали казарму, установив около 200 двухъярусных кроватей. Все работы выполняли люди в гражданской одежде, сообщали РИА «Південь» наши информаторы из оккупации.

Кроме того, в одном из цехов под мостом оккупанты организовали на территории завода свою ремонтную базу, где восстанавливали тяжелую технику.

В январе 2023 года по одному из цехов «Гидромаша» был нанесен удар. Сразу после мощного «хлопка» военные выгнали уцелевшую тяжелую технику на улицу Воинов-интернационалистов. Склад боекомплекта детонировал почти всю ночь, сообщали тогда РИА «Південь» местные жители. От цеха, где хранились боеприпасы и военная техника, остались одни разрушенные стены.

Кроме того, местные жители стали свидетелями того, как через проходную завода «Мелком» (соседнего с «Гидромашем») выезжали лафеты с сожженной техникой: «Уралами» и «КамАЗами». Восстановлению они не подлежат. Их увезли в южном направлении.

Фото РИА «Південь». Сожженная техника оккупантов

Кроме того, жители Мелитополя были свидетелями того, как пустые грузовики заезжают на территорию завода «Гидромаш».

Директором «Гидромаша-М» является Сергей Потемкин. А учредителями после оккупации значатся Татьяна Васильцова и Галина Захарова.

В ноябре 2023 года завод вошел в свободную экономическую зону, после чего в него начали поступать российские инвестиции. Однако не все так просто — субсидии от страны-агрессорки получают лишь те, кто работает на ее «оборонку».

А в июне 2025 года «Гидромаш», где российские оккупанты обустроили свою базу, горел. Причины возгорания неизвестны, очевидцы говорят, что взрыва не было, однако не исключают поджог.

Фото РИА «Пввдень». Пожар на «Гидромаше»

Машиностроительное предприятие «Свитанок»

Еще один мелитопольский завод работает на военную промышленность РФ. Предприятие «Свитанок» было основано еще в 1993 году Анатолием Герявцевым. Сначала специализировалось на выпуске ремонтных комплектов для сельхозтехники. Но с 2004 года предприятие перепрофилировалось на производство запчастей и узлов к дизелям локомотивов, а также тормозной системы вагонов.

Во время оккупации предприятие возглавил сын Анатолия Герявцева — Виталий. Помимо руководства «Свитанком», Виталий является соучредителем и руководителем еще нескольких предприятий в Мелитополе, а также ООО «Промтех», открытого в 2014 году в Москве.

Скриншот с оккупационного ресурса

После оккупации региона завод попал в «любимчики» оккупационной власти. В 2023 году ему выделили на развитие 100 млн рублей, однако развития так и не произошло. В феврале 2025 года завод получил еще 130 млн. И такие вливания происходят не просто так — еще в октябре 2023 года одиозный российский политик Дмитрий Рогозин намекнул, что на этом заводе в оккупированном Мелитополе будет производство БПЛА.

Мелитопольский завод автотракторных запчастей

Завод был основан Анатолием Кузьминым в 1999 году. Это один из крупнейших литейных заводов на юге Украины, поставлявший литейную продукцию. С 2017 года предприятие заключило договор с «Укроборонпромом» и выпускало детали для минометов калибра 60 и 120 для зенитных установок ЗУ-23.

После начала полномасштабной войны и последующей оккупации завод был «отжат» у законных владельцев. А занимался «отжимом» лично псевдогубернатор ТОТ Запорожской области Евгений Балицкий.

Оккупанты начали вывозить с предприятия автомобили, автобусы, погрузчики, кран, компьютерную технику. В офисах все перевернули вверх дном. Всю технику вывезли в Крым.

Фото РИА «Південь». Разграбленный офис завода

Вскоре на предприятии появились российские бизнесмены из Санкт-Петербурга. Именно они и запустили завод, который в начале войны Анатолий Кузьмин остановил, чтобы враг не мог продолжить выпуск военной продукции.

В ноябре 2022 года в российском реестре юрлиц появилось предприятие ООО «Мелитопольский завод автотракторных запчастей». Руководителем указан россиянин Юрий Михайлович Шадрин.

При этом имя учредителя этого юрлица, незаконно присвоившего завод Кузьмина, в открытом доступе реестра отсутствует.

«Мне удалось узнать, что владелец — это человек, который вообще не разбирается в производстве. Наш завод они включили в Питере в какую-то лесную компанию. К машиностроению ранее Шадрин не имел никакого отношения», — говорит Анатолий Кузьмин.

Крупнейшее российское промышленное предприятие, куда идут поставки продукции Мелитопольского завода автотракторных запчастей, — это «Ростсельмаш». Именно его и упомянул в интервью на российском ТВ Евгений Балицкий. Это крупнейшее в России предприятие, производящее комбайны, почвообрабатывающую и посевную технику, технику для защиты растений.

В совет директоров «Ростсельмаша» входят 9 человек. Среди них ростовские олигархи: Дмитрий Удрас — директор акционерного общества, Юрий Рязанов и Константин Бабкин.

Архив РИА «Південь». Рязанов (слева) и Бабкин (справа)

На сегодняшний день ситуация на заводе плачевная: платить зарплату нечем, заказов на сельхозтехнику нет, рабочим пригрозили отправить всех в отпуск за свой счет.

Гидросила МЗТГ

После оккупации Мелитополя россияне заняли местные промышленные заводы группы компаний «Гидросила» из Кропивницкого — «Гидросила МЗТГ» и «Гидросила Тетис», которые специализируются на производстве гидрораспределителей и гидроцилиндров для сельхозтехники.

Предприятия перерегистрировали в российской налоговой и интегрировали в экономику страны-агрессора.

«Гидросила МЗТГ» возобновила производство лишь благодаря тому, что оккупанты поставляют на предприятие литье, которое производится на Мелитопольском заводе автотракторных запчастей, украденном у владельца Анатолия Кузьмина российскими захватчиками.

Следователи СБУ считают, что в России находятся связанные с украинскими владельцами «Гидросилы» акционерные общества «Союзгидравлика» и «Технический центр Эльворти», компании «Белгородская сбытовая компания» и «Гидросила М». И через эти российские компании продукция группы «Гидросила» поставляется на оборонные предприятия России — «Брянский Арсенал» и «Военно-промышленную компанию», где запчасти устанавливаются на военную технику.

После оккупации у предприятия возник целый ряд проблем — отток кадров, проблемы с логистикой. Но его интегрировали в российскую промышленность — включили в так называемую группу ООО «МДК», назначив гендиректором гастролершу из РФ Светлану Агафонову, и теперь завод сотрудничает с «Саратовдизельаппаратом», «КАМАЗом» и другими российскими заводами, работающими, в том числе, на оборонную промышленность страны.

Однако в 2025 году ситуация на заводе резко ухудшилась. Вот что сообщают РИА «Південь» работники:

«На МЗТГ “Гидросила” побывайте, завод стоит, людей сокращают, работы нет. Я пишу то, что видела своими глазами и оттуда ушла. Сейчас завод стоит и не работает, у людей зарплата по 8 тыс. Не пишите выдумки. Станки все старые. Стоят только новые дюсаны и то те, которые при Украине ставили. Вся молодежь уходит. Люди не знают, как до пенсии доработать».

«Я на линии работаю, работы нет, в сентябре неделю работали, все остальное время за свой счет отправляют».

Завод «Турбоком»

Создано предприятие было в начале нулевых, занималось производством турбокомпрессоров для автомобильной, тракторной и сельскохозяйственной техники. Но после оккупации завод начал активно сотрудничать с оккупационным режимом. Особенно «проявили» себя соучредители Игорь Греджев и Виталий Плакун.

Фото с оккупационных ресурсов

Фото: Виталий Плакун (слева)

Юридические лица, входящие в группу компаний «Турбоком»:

— Завод турбокомпрессоров «Турбоком»;
— ООО Производственно-строительная компания «Капитель»;
— ООО «МЗТК»;
— ООО «Комеком»;
— ООО «Литейная компания “МЕЛТ”»;
— ООО «Экопромлит».

Все предприятия группы активно работают на оккупантов, исправно пополняют их казну, плодят предателей и коллаборантов, а также укрепляют обороноспособность РФ. А взамен получают дотации, субсидии и другие виды финансовой поддержки из российского бюджета.

Мелитопольский моторный завод

До 2022 года завод работал как подразделение Запорожского автомобильного завода. Производил автомобильные двигатели. После оккупации законные владельцы покинули завод, а часть персонала перешла на сторону оккупантов. Территория завода неоднократно становилась целью для украинских дронов и ракет.

Архив РИА «Південь». Моторный завод после «прилета»

Именно на этом заводе размещался личный состав армии России, а также ЗРК и военная техника. В 2023 году в результате ракетного удара ВСУ на Моторном заводе был ранен командующий 58-й армией РФ 44-летний генерал-лейтенант Денис Лямин, которая воюет на Запорожском направлении, а также начальник его штаба.

Завод используется как база для оккупантов.

Мелитопольский маслоэкстракционный завод

До полномасштабной войны завод был одним из ведущих предприятий агропромышленного комплекса Запорожской области. Масло, произведенное на заводе, экспортировали в Китай, Корею, США, страны Европы, Индию.

Маслоэкстракционный завод до российского вторжения в Мелитополь. 

После оккупации города завод был перерегистрирован во Львове. А в российском реестре предприятие было переоформлено 21 марта 2023 года. Генеральным директором указана Светлана Черная, а среди учредителей — супруги Желевы Сергей Семенович и Людмила Борисовна (именно они владели заводом до оккупации — прим. ред.). Сергей Желев — консул Болгарии в Запорожской, Луганской и Донецкой областях, а Людмила Желева — депутат Запорожского облсовета от партии «Слуга народа».

А управляет предприятием Сергей Волков, которого пропагандисты представляют как директора.

Фото из оккупационных источников. Сергей Волков

В 2024 году россияне решили похвастаться продукцией украденного завода и на международной выставке пищевой продукции в Дубае (ОАЭ) разместили стенд. На нем было указано название города Мелитополь, логотип Мелитопольского маслоэкстракционного завода и надпись «сделано в России». В ситуацию вмешались украинские дипломаты. Международный скандал подтолкнул российских захватчиков к очередному ребрендингу. Название поменяли. Было «Олия», стало «Здраволия» — можно снова ехать на выставку.

Сегодня на отжатом предприятии пищевой промышленности тяжелые времена: зарплаты низкие — в среднем 25 000 рублей, людей увольняют без объяснений. Вся нагрузка ложится на плечи тех работников, которые остаются, но зарплату им не повышают, сообщают мелитопольцы.

Вместо послесловия

Истории отжатых оккупантами предприятий демонстрируют общую закономерность: российская оккупация не возродила промышленность оккупированных регионов, а превратила ее в источник быстрого дохода, военный ресурс или убыточную обузу для бюджета РФ. Попытки оккупантов полноценно возродить производство и выйти на международные рынки пока неудачны — и из-за усилий украинской дипломатии, и из-за низких финансовых возможностей самой России.

У украденного нет будущего. По крайней мере, с промышленностью это правило работает на 100%.