«Дети часто хотят спихнуть родителей». Как живут одинокие старики на линии фронта

Военные действия на Донбассе не только принесли горе мирным жителям региона, но и обнажили еще большие несовершенства украинской системы социального обеспечения и защиты. В прифронтовых и оккупированных селах живут сотни одиноких стариков, которым некуда выехать. Многие из них нуждаются в особом уходе, а если пожилой человек может самостоятельно передвигаться и более-менее позаботиться о себе, то это сложно сделать, если в доме нет ни света, ни воды, ни газа, а в кармане нет денег, потому что пенсия заблокирована правительством.

Облегчить тяжесть одинокой и нередко больной старости жителям Донецкой и Луганской областей помогают украинские волонтеры, международные организации и религиозные общины. Государство тоже вносит свой вклад, но дома для престарелых принимают стариков, которые одиноки и по факту, и по документам. Другие же благотворительные учреждения стараются помогать всем, ведь оказаться наедине с самим собой в пожилом возрасте можно даже с детьми и другими родственниками. Именно для такой категории пенсионеров работает частный хоспис в Часов Яре (Донецкая область).

Семья протестантов Инна и Евгений Ткачевы два с половиной года назад за собственные деньги купили два дома, в которых по сегодняшний день «гостят» старики. Именно гостями называет 35 своих подопечных Евгений Ткачев. Ведь по закону такого дома милосердия или хосписа не может существовать.  

В начале конфликта Евгений вместе с другими волонтерами занимались эвакуацией людей из городов и сел под обстрелами. Эвакуированных принимали больницы, санатории, общежития. Когда боевые действия стихли, некоторые из тех, кто был эвакуирован, не смогли вернуться домой – некуда. Другие бы вернулись в полупустые заброшенные поселки у линии фронта. Тогда Евгений задумался над тем, чтобы приютить таких людей. В Часов Яре он купил несколько домов, отремонтировал их. А совсем недавно был завершен ремонт еще двух квартир. Из 50 свободных мест заняты 35. Большинство из «гостей» маломобильны или вовсе не ходят. Одна из самых больших статей расходов хосписа – подгузники и пеленки. У этих пожилых людей здесь есть самое основное – крыша над головой, спальное место, питание и уход. В хосписе старикам помогают лекарствами, но, если у них серьезные заболевания, такие как онкология, им помочь просто не могут.

Фото: Facebook/Евгений Ткачев

«Мы помогаем тем, кто не могут по закону претендовать на государственные дома престарелых или дома инвалидов. Потому что по документам у них есть родственники, но фактически их нет. Кто-то из родных выехал, кто-то пропал без вести, кто-то воюет на оккупированной территории. Есть и те, кто по старости или по стечению обстоятельств потеряли документы или хранят неактуальные. Например, мы встречали человека с паспортом Чеченской республики 1986 года», - рассказал Евгений Ткачев.

Правда, добавляет он, в последнее время, среди людей, которым помогает семья, появились старики из других городов Донецкой области, таких как Бахмут, Краматорск. Добавились и проблемы пенсионеров – к Ткачевым обращаются пожилые люди, страдающие от домашнего насилия. Точнее, обращаются не только старики, но и государственные структуры, которые, руководствуясь законом, не могут им помочь. 

«С этого года добавились старики, страдающие от семейного насилия. Иногда нам на передержку, чтобы спрятать стариков привозит и полиция, и государственные органы – тех, кого, например, избивают пьяные дети. Все больше и больше таких людей», - рассказал Евгений.

В этот хоспис также иногда направляют пожилых людей с психическими отклонениями, но Евгений говорит, что таких здесь не принимают.

Кроме этого, в хосписе действует «сухой закон». Из-за этого ушли четверо человек. Трое из них после ухода умерли на улице – всему виной алкоголь.

«Человек 10-15 за 2,5 года вернулись домой. Всего два раза за стариками возвращаются родственники», - добавил он.

Евгений отмечает, что для него хоспис – всего лишь очередной этап работы, которой он занимается уже около 20 лет. По профессии он – практикующий ветеринар. В составе гуманитарных миссий он бывал в Кении и Руанде. До начала боевых действий на Донбассе семья Ткачевых помогала детям-сиротам, а также нарко- и алкозависимым людям. После того как началась война за свою деятельность Евгений побывал в плену у боевиков «ДНР». Ему удалось бежать.

«Мы начинали стопроцентно своими силами. Потом подключились волонтеры, потом международные организации, потом они начали получать пенсии. Чем-то помогает церковь. Теперь примерно на 30% хоспис обеспечивает сам себя», - рассказал Ткачев.

Фото: Facebook/Евгений Ткачев

Он пояснил, что пенсии стариков идут в общую казну на содержание хосписа. Правда, большинство из тех, что поселяются «в гостях» изначально не получают выплат от государства.

«Те, кто попадают к нам, ничего не получают – у них или некомплект документов, или затяжные проверки в социальных службах. Люди иногда не доживают до момента получения пенсии, - говорит Евгений. - С момента, когда человек начинает получать выплаты, у него есть выбор: или упрашивать дальних родственников, чтобы те за ним ухаживали, или жить самостоятельно, или остаться у нас, но при условии оплаты его содержания за счет пенсии».

Фото: Facebook/Евгений Ткачев

Руководитель частного хосписа понимает, что хоть и помогает людям, к нему могут возникнуть вопросы от государственных структур, в том числе правоохранительных. Но если приют распустят, лучше никому не станет. Ведь государство не возьмет на полное бесплатное содержание стариков, у которых есть родственники. С другой стороны, Евгений рассуждает, если бы в Украине государственные дома престарелых принимали пожилых людей, у которых есть родственники, такие учреждения были бы просто переполнены.

«Мы уже столкнулись с тем, что дети часто хотят спихнуть родителей просто для улучшения своих жилищных условий. Они-то платить за них не будут», - констатирует руководитель частного хосписа.

Ткачевы не отказываются от помощи разных организаций и простых людей, но стараются быть самостоятельными – у них есть подсобное хозяйство: коровы, куры, свиньи, огород и сад.

По-другому с финансами и продуктами обстоят дела в похожем учреждении – доме милосердия, который расположен на оккупированной территории в селе Греково-Александровка (Донецкая область).

Как рассказал директор дома, руководитель Донецкой епархии Православной церкви Украины Сергей Горобцов, у них тоже есть подсобное хозяйство, но продуктов на зиму пока не хватает. В приюте, который расположен в здании бывшей больницы, сегодня живут около 40 пожилых людей. Всего он вмещает около 50 человек, но в холодное время года за помощью обращается гораздо большее количество людей – из соседних сел многие приходят зимовать. Дому уже около двадцати лет. Он находится на балансе общины православной церкви. Здесь есть большое укрытие, в котором четыре года назад прятались жители всей округи. Когда начались боевые действия и село перешло под контроль группировки «ДНР», Сергей Горобцов выехал на подконтрольную территорию. Он уже пять лет не может попасть в село. 

Фото: Facebook/Сергей Горобцов

Дом милосердия принимает всех – и тех, у кого есть родственники, и одиноких.

Фото: Facebook/Сергей Горобцов

«В основном это люди, у которых нарушена опорно-двигательная система, люди от которых отказались родственники. Это и онкобольные, и те, что пережили инсульт. В зимний период привозят людей с отмороженными конечностями. Мы принимаем всех. По христианским традициям мы также провожаем их – отпеваем, сами делаем гробы, копаем могилы», - рассказал Горобцов.

Фото: Facebook/Сергей Горобцов

Дом милосердия живет благодаря помощи прихожан Православной церкви Украины, волонтеров и международных организаций. Группировка «ДНР» не помогает, но и не закрывает дом.

Фото: Facebook/Сергей Горобцов

Приют действует как церковное учреждение – согласно уставу парафии, это часть благотворительной деятельности. И все же, чтобы помогать дому и его постояльцам, волонтерам приходится «бодаться» с законом. Из-за того, что действует экономическая блокада, 20 тонн угля, необходимые для зимовки, не смогут привезти с территории, подконтрольной украинской власти. Уголь придется покупать за рубли. Продукты питания небольшими пакетами с украинской стороны перевозят те же пенсионеры, которые выезжают за выплатами. 

Пока у дома милосердия нет нужного количества продуктов, чтобы перезимовать. Старики вынуждены просить о помощи.

Оба собеседника «Новостей Донбасса» сделали акцент на том, что многие из их подопечных и гостей воспринимают приюты как место, где они могут спокойно встретить смерть. Но такой ли видят свою старость украинцы – от простых шахтеров до топовых менеджеров и высоких чиновников?

Материал подготовлен в рамках проекта, который реализуется при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Чешской Республики в рамках Transition Promotion Program. Мнения, изложенные в этом материале, принадлежат авторам и не отражают официальную позицию МИД Чешской Республики.