Зеленский о Донбассе и переговорах в Минске. Главные тезисы

Президент Владимир Зеленский ровно через год после инаугурации дал пресс-конференцию, ответив на вопросы журналистов о проделанной работе.

Пресс-конференция состоялась под открытым небом в Мариинском парке Киева. Президент общался с прессой 3 часа.

«Новости Донбасса» собрали главные тезисы Владимира Зеленского об острых вопросах, которые касаются разрешения конфликта на востоке Украины.

О прекращении огня

Я никогда не призывал, чтобы наша армия не отвечала (на обстрелы, - ред.). Я хотел показать всему миру, и сейчас мы это делаем, что у нас очень крепкая армия. Если по нам стреляют, мы будем отвечать, но первыми стрелять мы не будем.

Нужно просто перестать стрелять. Им (незаконным вооруженным формированиям под управлением России, - ред.) это непросто сделать, они не знают, на каком они свете.

Мы не стреляем по украинцам, мы отвечаем боевикам.

О гуманитарной ситуации в ОРДЛО

Я уверен, что информационные провокации сегодня направлены на Украину только из-за того, что они не знают, что им делать из-за гуманитарного кризиса, который там (в отдельных районах Донецкой и Луганской областей, - ред.) происходит.  

Мы подаем туда воду, мы ее не закрываем, несмотря на то, что они (группировки «Л-ДНР», - ред.) уже долгое время не платят за эту воду.

Мы предлагали обычным людям гуманитарную помощь. Они (группировки «Л-ДНР», - ред.) не принимают, прикрываясь тем, что у них все есть. У них ничего нет. Нет инфекционных больниц, нет достаточного количества коек, средств защиты.

Я договорился напрямую с Международным Комитетом Красного Креста, и тогда они запустили гуманитарную помощь.

На протяжении двух месяцев пандемии десятки машин ОБСЕ, которые едут на ту территорию, не пропускают.  

О минском формате

Мы сегодня перезагрузили минскую группу. Мы повысили статус минскому процессу. Мы смогли показать, что некоторые люди, которые находятся в минской группе от «Л-ДНР», имеют российские паспорта. Они не могут там находиться. Там должны быть представители оккупированных районов Донбасса, но они все должны быть гражданами Украины.

Минский формат – приоритет, но никто не отменяет другие форматы. Я готов к любому формату, который приблизит нас к окончанию войны и возвращению наших территорий. Мне все равно, нам нужен результат.

За «Минск» будем бороться до конца. С «Минском» связаны санкции против Российской Федерации. И вы знаете прекрасно, что их все хотят снять и не только Россия, но и многие европейские страны, которые, я понимаю, тоже экономически страдают из-за этих санкций.  Но как я говорил ранее, год я даю на то, что мы будем бороться. Я даю себе еще несколько месяцев, чтобы мы могли додавить, найти дипломатический выход из той ситуации через Минские договоренности. Я не хотел бы применять план «Б» и «С».  Они есть, и может случиться так, что не сработает первый план. Несмотря на то, что общество по-разному оценивает прямые переговоры президента Зеленского и президента Путина, я уверен, что мы должны это делать. Не отбрасывая «Минск», параллельно, отдельным треком. Есть некоторые вещи, которые ты можешь понять, только когда ты один на один, и есть некоторые ответы, которые ты можешь услышать, когда ты один на один, чтобы сделать уже стопроцентные выводы, и идти уже по другому плану — плану «Б».

О переговорах с Владимиром Путным

У нас не было встреч в каком-либо формате, не было звонков. Сейчас каждый занимается своей страной из-за COVID-19. Но мы не отпускаем в свободное пространство вопрос возвращения наших людей, возвращения наших территорий и незаконно аннексированного Крыма. В таких условиях это сложно делать.

Но и с Германией, и с Францией, со всеми мы говорили, все поддерживают, что сразу после спада COVID-19 у нас должна быть встреча в «нормандском формате».

О Леониде Кучме в переговорном процессе

(Главе украинской делегации в Трехсторонней контактной группе, - ред.) Леониду Кучме сложно, как и каждому участнику заседаний в Минске. Это сложный процесс. Действительно, Кучма обращался ко мне после того, как мы повысили статус нашей группы. Теперь в минском процессе есть Алексей Резников, который профессионально разбирается в процессе. Леонид Кучма предложил передать его полномочия Алексею Резникову. Я его попросил подождать, когда с российской стороны будет обновлен состав подгруппы.

О сотрудничестве с олигархами и бизнесом в вопросах Донбасса

Я призываю их (крупный бизнес, - ред.) вкладывать свои деньги. Давайте вкладывать деньги в подконтрольные территории Донецкой и Луганской областей, чтобы они были привлекательными для тех территорий, которые мы деоккупируем.

Я готов говорить с бизнесом, с олигархами: давайте строить больницы, мне ничего не надо. Что я могу для них за это сделать взамен? Только равные права. Я хочу, чтобы они работали по закону.

О языке

Вопрос языка не стоит в Украине. Он очень искусственно создан. У нас множество меньшинств, такая страна. Каждое меньшинство должно защищать свои права и знать родной язык, но для многих он не украинский. Но хотелось бы… Я считаю, что мы должны знать украинский язык и это нормально.

О влиянии России на конфликт и переговоры

Я знаю, что там (на линии фронта, - ред.) происходит. Там есть россияне, там есть украинцы, которые взяли паспорта и теперь они граждане России, потому что там была паспортизация… Мы все это понимаем. И нет смысла повторять это каждый раз. Мы точно знаем, кто там есть и их количество.

Когда какой-то сложный вопрос (во время минских переговоров, -ред.), то они (члены «Л-ДНР», - ред.) куда-то выходят и звонят. Мы понимаем, куда они звонят. Мы понимаем, что из России идут команды.