Очереди, фильтрация и повестки: почему выезд из оккупированного Донбасса в Россию остается опасным

Несмотря на то, что Россия внесла захваченные украинские территории в свою конституцию и официально называет их «новыми регионами», граница между оккупацией и РФ никуда не исчезла. На ней продолжают работать полноценные контрольно-пропускные пункты — с очередями, проверками, фильтрационными процедурами и постоянно меняющимися правилами. Формально речь идет о «внутреннем перемещении», на практике — о полноценном пересечении границы под контролем силовиков.

Очереди как норма: выезд из оккупированной Луганщины

Очереди из автомобилей, которые выезжают из оккупированной Луганщины в Ростовскую область, стали привычным явлением. Самая сложная ситуация — в направлении Новошахтинска. По сообщениям в профильных чатах, перед шлагбаумом здесь может собираться до 30 машин. В выходные дни ожидание растягивается на часы.

Со-генеральная директорка общественной организации Helping to leave Юлия Боклаг отмечает, что отношение российских властей к украинцам на временно оккупированных территориях остается дискриминационным: люди фактически лишены свободы передвижения. Ограничения касаются не только выезда, но и перемещения между населенными пунктами внутри оккупированных территорий из-за большого количества блокпостов. По ее словам, Россия не заинтересована в том, чтобы создавалось впечатление массового отъезда людей с захваченных территорий.

Новые правила КПП: все в одну очередь

Пропаганда продолжает создавать картинку «расцветающих регионов», тогда как на практике правила пересечения КПП регулярно усложняются. Последние изменения были введены около месяца назад и затронули как автомобилистов, так и пассажиров автобусов.

Люди делятся опытом в чатах:

«Теперь через сканер проходят все, и машины, и автобусы. Если вы приехали на КПП и перед вами вышли люди из автобуса, вы за ними в общую очередь становитесь».

«Раньше водитель и пассажиры, которые проходят КПП на личном авто, могли не проходить терминал. Теперь обязаны все. Часто бывает так, что пассажиры попадают в одну очередь с пассажирами автобуса и пешими, и вынуждены ждать по 20–30 минут».

Фактически личный транспорт больше не дает никаких преимуществ: водители, пассажиры автобусов и пешеходы могут оказаться в одной общей очереди.

«Интеграция» без отчетности и прозрачности

Адвокационная директорка Центра прав человека ZMINA Алена Лунева обращает внимание на правовой парадокс: в российской статистической документации Донецкая, Луганская, Херсонская и Запорожская области фактически отсутствуют. В отчетности еще можно найти Крым, но данные по другим оккупированным территориям засекречены.

При этом правила пересечения границы меняются практически постоянно. В тематических пабликах ежедневно появляются десятки сообщений с вопросами о том, где очереди меньше и какой КПП работает быстрее.

Документы как главный барьер

Большинство жителей временно оккупированных территорий имеют проблемы с документами. Комбинации разные: у кого-то есть российский паспорт и нет украинского, у кого-то наоборот, у кого-то документы просрочены. Каждый случай требует индивидуального подхода.

Дополнительным осложнением стало новое постановление РФ, согласно которому дети при выезде за границу должны иметь загранпаспорт. Это создает для семей еще один бюрократический барьер.

«Новое постановление, которое приняла Российская Федерация, о том, что теперь дети при выезде за границу должны обязательно иметь загранпаспорт. То есть в случае, если семьи с детьми планируют выезжать с ВОТ, им теперь нужно проходить еще один лишний тяжелый бюрократический круг», — рассказала Боклаг.

Она привела примеры, когда украинцы, выезжавшие в Армению или Беларусь только с российскими документами, не могли доказать свое гражданство и родственные связи с детьми. Получить украинские документы за границей в таких условиях зачастую невозможно.

Идеальный вариант, добавляет экспертка, иметь на руках и российские и украинские документы. Если есть только российские — ехать в Беларусь, получать в посольстве Украины справку на возврат и пешком пройти через единственный пункт пропуска Мокраны-Доманово в Волынскую область.

Делать украинские документы и двигаться либо дальше в Европу либо оставаться в Украине. Но для такого маршрута понадобится несколько дней,  а то и недель. Ведь сначала надо пройти КПП на оккупированной территории. По словам очевидцев, автомобили пропускают крайне медленно, а работа инфраструктуры часто не справляется с потоком.

Фильтрация и досмотры без гарантий

Несмотря на риторику о «внутренних регионах», выезд с оккупированных территорий в РФ остается процедурой с высоким уровнем риска. Люди проходят фильтрационные мероприятия, тщательные досмотры и проверки телефонов.

Алена Лунева подчеркивает, что полностью безопасного выезда не существует: правила могут меняться в любой момент, а интерес силовиков могут вызвать телефоны, переписки или документы. Российские спецслужбы используют программы для восстановления удаленной информации, включая старые лайки и перепосты.

«Наших граждан заставляют раздеваться. Показывать все вещи, чтобы смотрели все, даже на белье, все вещи, всю сумку надо выворачивать и показывать. Совершенно безопасного с гарантией выезда никогда нет. Потому что никто никогда не знает, какие там правила, какой интерес вызовут те или иные люди, их телефоны, документы. Это на выезде. Поэтому можно сделать все возможное, чтобы вопросов было меньше», — говорит Лунева.

Поездки за водой, лекарствами и выживанием

Для жителей Донбасса выезд в Ростовскую область — часто не вопрос комфорта, а способ выживания. Люди ездят за продуктами, лекарствами, бытовыми товарами или просто чтобы воспользоваться водой. На оккупированных территориях сохраняются серьезные проблемы с водоснабжением и медицинской помощью.

По словам Юлии Боклаг, ситуация особенно критична для пожилых людей: скорые помощи часто не приезжают, а доступ к жизненно необходимым препаратам, включая инсулин, остается ограниченным.

«Люди там практически никому не нужны. В общем, есть огромные проблемы с медицинской помощью. А в отношении людей постарше это еще более актуально. Они не получат даже срочную критическую помощь, типа инсулина. К примеру, скорые не приезжают практически. Очень много случаев, когда люди умирают от инсульта или находятся в тяжелом состоянии после пережитого инсульта», — поделилась она.

«Особая зона» и усиление контроля

Весной Россия уже меняла порядок пересечения границы, разделив пункты пропуска на категории. В конце мая 2024 года была введена так называемая «особая зона» на границе между оккупированными территориями и РФ. На практике это стало еще одним формальным основанием для усиления контроля — включая проверки наличных денег и пересчет сумм.

Мобильный телефон при проверке может усугубить проблему. «Россияне уже давно пользуются программами, позволяющими восстанавливать информацию на телефонах. И вы можете удивиться, насколько далеко они могут возобновить переписки, о которых человек совсем забыл, никогда о них там уже не слышал последние годы. Но где-то там в 2021 году что-то там лайкнул или перепостил», — предупреждает Лунева.

Усложняет ситуацию связь — украинские сим-карты не работают, а чтобы купить российскую нужен российский паспорт. И к этому добавляется факт того, что известные мессенджеры на временно оккупированных территориях блокируют.

Параллельно усиливается контроль внутри самих территорий: владельцев автомобилей обязали перерегистрировать машины и получить российские номера до 1 января. После этой даты контроль будет распространяться и на автомобили с номерами, выданными группировками «ЛДНР».

«Что бы они не декларировали, эта процедура “интеграции”, которая происходит вследствие незаконной аннексии этих территорий и интеграции всех систем в российскую, она пробуксовывает. Ничего за три года они не сделали столь содержательного, чтобы территории, временно оккупированные территории Украины, полностью вошли в состав Российской Федерации. В принципе, это невозможно, то есть полностью они туда и не войдут», — считает Лунева.

Ужесточение проверок российские власти объясняют тем, что владельцы таких автомобилей часто избегают ответственности за нарушения правил дорожного движения, продолжают пользоваться украинскими номерами и водительскими удостоверениями, которые так называемые власти РФ лишили юридической силы. За нарушение — штраф от нескольких сотен до тысяч рублей или лишение прав.

Мобилизация как фактор риска

Еще одна уязвимая категория — молодежь. По словам Юлии Боклаг, после получения российских документов молодым людям часто сразу вручают повестки. Это касается как выпускников колледжей, так и студентов, которые только поступают в учебные заведения.

«Все мы знаем о происходящей массовой мобилизации. Кроме того, что волнами она просто происходит на постоянной основе, и людей заставляют так или иначе получать российские документы. И сразу же после получения российских документов людям вручают повестку. И вручают повестку после того, как люди, молодые ребята заканчивают или поступают в колледжи, например, и тоже получают повестку практически параллельно с аттестатом», — рассказала Юлия Боклаг.

Именно поэтому, подчеркивает она, каждому человеку требуется индивидуальный маршрут выезда. Иногда более длинный путь оказывается безопаснее, но детали маршрутов волонтеры сознательно не раскрывают.

Контроль как инструмент управления населением

Аналитики сходятся во мнении: сохранение КПП и постоянное усложнение правил позволяют Москве контролировать перемещение людей и регулировать потоки населения, прежде всего трудоспособного возраста. Это особенно болезненно для тех, кто не получил или не хочет получать российский паспорт и опасается фильтрации из-за связей с Украиной.

«Это очень негативно влияет на людей, не желающих и не получивших российский паспорт на оккупированных территориях. Ну и для тех, кто не хочет приходить и обоснованно боится проходить фильтрационные процедуры из-за наличия, например, связей с Вооруженными Силами Украины или напрямую с органами государственной власти Украины. Поэтому усилился контроль», — считает Алена Лунева.

Волонтеры советуют готовить выезд заранее и не откладывать его, пока правила снова не изменились. Организация Helping to leave сопровождает людей после прохождения границы, предоставляет информацию, сим-карты, возможность переночевать и помощь с дальнейшим маршрутом, в том числе для маломобильных людей.

«Наша команда встречает их уже после прохождения границы. Мы там предоставляем людям необходимую информацию, даем сим-карты, люди могут переночевать и поесть. Некоторым людям мы помогаем, особенно уязвимым группам населения с билетами далее по маршруту. Есть возможность помочь людям спецтранспортом, если, например, есть маломобильные люди», — отметила Юлия Боклаг.