Фильтрация в Шереметьево ужесточается, украинцев массово разворачивают. Что ищут в телефонах?

После того как в августе 2024 года из-за постоянных российских обстрелов закрылся контрольно-пропускной пункт Покровка-Колотиловка в Сумской области, московский аэропорт Шереметьево стал для украинцев единственным вариантом попасть на оккупированные территории.

Сейчас фильтрационные мероприятия там еще больше ужесточились. Что ищут и почему до тысячи украинцев ежедневно получают отказ на въезд — разбираемся в этом материале.

Проверка телефонов в Шереметьево: Что может стать причиной для отказа во въезде?

Всем известно, что в российском Шереметьево кремлевские спецслужбы во время так называемой «фильтрации» проверяют не только документы, но и содержимое телефонов, ноутбуков и мессенджеров, ищут любые признаки проукраинской активности, контактов с «неблагонадёжными» лицами или даже критического мышления по отношению к российскому режиму. Гайки продолжают закручивать: по словам экспертов, сотни украинцев ежедневно сталкиваются с невозможностью попасть на оккупированные территории.

«Я знаю кейсы по Мариуполю — люди хотят поехать продать свое имущество, потому что оно там подорожало, а их просто не пускают. Пока что мы видим, что они пытаются что-то проверять и создают для себя такую среду. И я для себя сделал вывод: если это не уголовное производство, то все эти проверки “лояльности” направлены на то, чтобы заставить человека перейти от безопасного молчания к активной имитации лояльности», — комментирует адвокат, эксперт общественной организации «Региональный центр прав человека» Андрей Яковлев.

Еще один из примеров, в СМИ пишут — украинцу запретили въезд на 50 лет только за то, что он удалил со своего телефона 5 тысяч фотографий и часть контактов.

Могут не пропустить если нет мессенджера MAX?

Чтобы понять логику «фильтрационных» проверок, нужно учитывать не только юридические или административные аспекты, но быть готовым и к психологическому давлению.

Правила постоянно меняются и получить отказ можно даже за то, что на телефоне не установлен мессенджер MAX. В самой России и на временно оккупированных территориях — это добровольно-принудительное требование ко всем жителям. Аргументируют тем, что этот мессенджер облегчает доступ к Госуслугам, на самом же деле — помогает спецслужбам устанавливать тотальную слежку и контроль над гражданами. Олег Магалецкий организатор Форума свободных народов пост-России объясняет:

«В так называемой Российской Федерации действуют репрессивные законодательства, которые считают, что если даже ты просматривал, даже не репостил, подписан на какие-то экстремистские, как они считают, террористические и иноагентские ресурсы, это уже повод, если не ошибаюсь, от 5 до 10 лет человека за лайк, даже не за репост, остановить. Также есть запрещенные мессенджеры и программы, которые для являются маячком и «красным флагом». Обязательство установить, например, правительственный мессенджер, так называемый MAX, то есть если у человека его нет, это для них может быть определенным сигналом к действию. Я думаю, они постоянно меняют и придумывают дополнительные моменты, но там никакого правосудия нет».

По словам Олега Магалецкого, этот процесс является частью более широкой тенденции к тоталитаризации российской власти: количество таких проверок растёт, и это уже не десятки, а тысячи людей ежедневно. Практика фильтрации украинцев в Шереметьево повторяет методы, применяемые на оккупированных территориях как минимум с 2022 года. Анализ этих процессов позволяет понять, как формируются искусственные основания для отказа и как работает психологический контроль — говорят аналитики.

Но если на оккупированных территориях фильтрация для большинства заканчивается уголовным делом, то в аэропорту всё на виду и повесить на человека криминал не так просто.

«В Шереметьево, в большинстве случаев (по крайней мере, из того, что я слышал) их просто не пропускают. Это международный аэропорт, и, наверное, там нельзя вести себя так, как на оккупированных территориях, где тебя никто не видит. Поэтому для них это такая витрина, и они могут себе позволить просто не пускать. Причём не пускают даже тех, кто, по большому счёту, и не проявляет какой-то особой лояльности к Украине», — рассказывает адвокат Андрей Яковлев.

Цифровая нелояльность

Но и нелояльности к Украине — недостаточно. Могут развернуть даже за отсутствие ура-патриотического пророссийского контента.

«Они называют это цифровой нелояльностью — это мой термин. То есть, они смотрят на содержимое телефона и пытаются обнаружить не только то, что было удалено, но и то, чего там нет. Например, там могли быть удалены материалы, связанные с проукраинскими взглядами, симпатиями к Украине и украинскому народу — это могут быть песни, рисунки, лайки. А может просто не быть какого-то Z-контента. И это тоже считается признаком», — говорит адвокат Яковлев.

Главная функция фильтрации в Шереметьево — не безопасность, а контроль над информационным пространством и поддержка репрессивной модели власти.

Аналитики подчеркивают: украинцам нужно готовиться к тому, что и этот коридор в Россию, а оттуда — на оккупированные территории может быть закрыт уже в следующем году.

«Это может произойти даже в 2026 году, если этот режим сумасшедших террористов не будет остановлен. Сложно, но нужно к этому быть готовым, искать нелегальные варианты выезда-въезда. У этой большой по размеру территории, много границ, часть из них проходит в горах, да, соответственно, есть граница с Сакартвело(Грузией — прим. ред.), есть граница с Казахстаном, не в горах, но в степной открытой местности, с Монголией, есть в лесах граница с Финляндией, Эстонией. Я бы всем украинцам советовал бы покидать эту территорию, любыми возможными и невозможными путями», — говорит Олег Магалецкий организатор Форума свободных народов пост-России.

При этом для многих украинцев возможность заезда на оккупированные территории остается важной: у многих там осталось жилье, которое они надеются продать; пожилые родители, которые сами не в силах выехать, — причин много и они разные.

Люди готовы проходить унизительную процедуру фильтрации, чтобы попасть домой, но российским оккупационным властям все это не нужно. И возможно, ужесточение фильтрации — это еще один шаг к тому, чтобы закрыть этот путь для украинцев и погрузить оккупированные территории в полную изоляцию.